Nice to see you at zeyaLabs!

Never been here before? Make sure to check out the About page!

Here's a random post for you. Whatever it says, it's not what this whole blog is about. Browse the categories, click through the tags, and you'll see why. Have fun!

Кислород (“рецензия”)

Перед тем как смотреть порекомендованный мне фильм — особенно такой, который рекомендуют с восторгом, и о котором я уже очень много слышал, — я стараюсь расслабиться, отвлечь мысли от того, что уже знаю, разогнать ожидания, чтобы во время просмотра мысли и впечатления “сами” слились в нечто по возможности непредвзятое.

В случае с “Кислородом” сделать это, правда, было очень непросто. Как я ни изворачивался, но к моменту просмотра я уже и друзей-знакомых наслушался, и трейлеры посмотрел, и официальный сайт фильма посетил, и даже умудрился пару рецензий прочитать. Зря? Может быть. Но, как говорится, “фарш невозможно провернуть назад”.

Что примечательно, практически все услышанные мной мнения можно было поделить лишь на две категории: либо “ну-ваще-супер”, либо “ай-полный-отстой”. А между этими двумя позициями — ничего, тишина и пустота. И, наверное, мое стремление не потерять равновесия, не впасть в одну из этих крайностей послужило одной из причин того, что сам фильм как-то… не потревожил мой центр тяжести.

Но все по порядку. Сразу оговорюсь, что на звание кинокритика не претендую, на зубров жанра не замахиваюсь, ничьих чувств обидеть не желаю; и вообще, это не рецензия, а так… размышления на заданную тему. Если вы еще не видели этого фильма, то настоятельно рекомендую сделать это, прежде чем читать дальше. (В тексте есть спойлеры!)

С самого начала моя инженерно-фотолюбительская часть мозга обратила внимание на техническую сторону проекта: тут тебе и анимация, и кинематограф со всей его “документальностью” и “художественностью”, и спецэффекты, и фотография… “Мечущаяся” камера, много дублей, снятых “с плеча”, замедленная съемка, — зрителя постоянно уносит движением, динамикой, течением. Неординарный режиссерский подход не только “упаковывает” сюжет в довольно гармоничный сборник музыкальных клипов, но и “предлагает вашему вниманию” разнообразные способы подачи содержания: дикторский текст, то и дело переходящий на этакий “рэп лайт”, “обычные” разговоры, интервью с переводом и без, тексты-титры… и даже тишину — не пустую и безмолвную, а… трепещущую, шепчущую, что ли. В “обычном” фильме такое многообразие приемов начало бы напрягать уже после третьей вариации, но если не забывать о том, что “Кислород” — это “всего лишь” сборник клипов, то… скажем так: режиссер (Иван Вырыпаев) “прощен”.

Об актерской игре, увы, ничего не могу сказать за практически полным отсуствием таковой. Не в том смысле, что актеры не умеют играть; они-то, может, и умеют, только роли у них… неигровые… Что еще? Чарует акцент Каролины Грушки. Ее чувственность замечательно контрастирует с циничностью и, если уж на то пошло, внешностью “говорящего” персонажа Алексея Филимонова. Варвара Воецкова в “рыжем исполнении” выглядит вполне убедительно: как и задумывалось, завлекающе-кислородно, пусть даже где-то и кукольно.

Музыка… Она звучит на протяжении всего фильма, но по-настоящему услышать ее можно только тогда, когда “дикторы” (простите, “рассказчики”) перестают “бубнить” (простите, “вещать”). То и дело ловил себя на мысли, что неплохо было бы скачать саундтрек (минусовочку, разумеется), синхронизировать ее с фильмом и во время просмотра периодически выключать главный звук, убирать на пару минут “бубнеж”, давая шанс музыке… и собственным мыслям.

Кажется, я плавно перехожу к содержанию… Так о чем же, собственно, фильм, спросите вы?

Увы или ура, но однозначного ответа на этот вопрос я вам дать не могу. Все зависит от того, на какой волне его смотреть. Если “просто” плыть по визуально-акустическому течению, ни о чем особо не задумываться, не глотать, захлебываясь, вливаемый в тебя поток вербальной информации, то это еще одна история о безумной любви, — о любви, без которой задыхаешься, которая тебя ни на секунду не отпускает, без которой не можешь сделать ни шагу. Она правит тобой, наматывая на кулак твои нервы и жилы-вожжи, выжигает из тебя здравый смысл и толкает на поступки, которые порой не вписываются ни в рамки, ни в ворота, ни в арки, ни даже в свод небесный. В фильме это называется “кислородным отравлением после кислородного голодания”.

Но как можно “просто плыть” и совсем не задумываться о том, что “ненавязчиво” льется на тебя с экрана, что вольно или невольно слушаешь и переслушиваешь в течение часа с лишним? А там… ох, как много всего. Нет, не так. Вот так: ОХ, КАК ТАМ МНОГО ВСЕГО! И если ранее режиссер был “прощен” за перебор с техническими приемами, то здесь его бонусы закончились.

А все-таки… о чем же тогда фильм? Ну нельзя же сказать: обо всем понемногу, да об остальном по чуть-чуть?

Нельзя. Потому что “обо всем” — это все равно что “ни о чем”. И я не пытался даже самому себе отвечать на этот вопрос, пока сам фильм не предложил мне вполне подходящий ответ (в композиции “Амнезия”):

“И если спросят меня: о чем ты тут так долго говорил, и что хотел сказать? Я отвечу: не знаю, потому что у меня амнезия”. — “А если меня спросят: в чем суть твоего выступления и что ты хотела сказать? То я скажу: не понимаю, о чем вы спрашиваете”.

Ну, у меня, конечно, не амнезия… Просто на многих виражах в фильме за полетом мыслей автора мне было не угнаться. Не думаю, что причина кроется в моей медлительности или, хм, заторможенности. У меня не возникло чувства, что автор хотел сказать что-то конкретное, высказать какую-то определенную точку зрения. Он просто бросает кости сомнительной свежести стае дворовых собак разной степени одичания, и ему совсем неважно, как они их будут грызть — и будут ли вообще. Для него главное — “движуха”, вызванная самим процессом.

Многие утверждения в тексте весьма спорны (причем заметно, что элемент “спора” в них заложен сознательно), а некоторые — явно провокационны. Как сказал сам режиссер: “Я думаю, это картина для тех, кто хочет размышлять о вечном”. Поэтому он и затрагивает “вечные” темы, при этом “загибая” их так, чтобы зритель не ушел из зала с индифферентной мыслью “опять двадцать пять”. Поэтому и “впутывает” десять заповедей: человечество уже да-авно над ними “работает”. Поэтому и не стесняется с объемами информации: фильм однозначно рассчитан на то, чтобы его пересматривали.

Вырыпаева частенько обвиняют в том, что он “несет в массы неправильные идеи”, что меня лично несколько смущает. (Перечитайте еще раз предыдущие два абзаца.) Да, есть опасность, что для определенного типа личности этот фильм может оказаться не “размышлением о вечном”, а призывом к действию. Особенно когда ты мал, глуп, потерян и беден, а хочется быть большим и крутым, и чтоб вокруг тебя все взрывалось, расплескивая тонны красок и гормонов, и чтоб ты летел сквозь океан чистого кислорода и дышал им полной грудью. Очень хочется. Но не знаешь как, потому что либо и жизни-то еще толком не видел, либо уже давно смирился с “влачением” своего существования. А тут — оп! Господин Вырыпаев с за-ме-ча-тель-ной идеей! Как, оказывается, все просто: лопату — в руки, плеер — в уши, косяк — в зубы, сок — в горло, клятву — в голову, татушку — на живот, билет — в карман…

Только чья это проблема, собственно? Фильма? Режиссера? Да ладно… Мы сами в ответе за мысли, которые “приручили”, и голова человеку дана не только для того, чтобы крепить к ней глаза и уши. А при определенных обстоятельствах и с определенным интеллектуально-эмоциональным “багажом” (или при отсутствии такового) даже самое что ни на есть прямое и понятное “ай-яй-яй, так делать нехорошо” можно интерпретировать совсем наоборот.

Не подумайте только, что я защищаю Вырыпаева от выпадов обманутых в своих ожиданиях зрителей и “правильно” мыслящих критиков… Нет. Его “подача материала” — наглый, плотный, непрекращающийся “обстрел” противоречиями и провокациями сквозь черно-рыжий кислородно-тестостеронный травяной кумар — меня лично весьма утомила уже в первой четверти фильма. И несмотря на то, что такой объем информации просто напрашивается на повторный просмотр, вдохновения на предмет “копать глубже” мне это не добавило: похоже, что свою дозу “размышлений о вечном” я уже получил. Или “загрузил”?

Да, над некоторыми вещами пришлось очень даже призадуматься, причем не без эмоций. О Саньке, разумеется, — который убивает “кислородной” лопатой свою “некислородную” жену… которую не только сам выбрал, но и оставался с ней до тех пор, пока не заклинило. О жене его, которая вполне могла бы стать кислородом для кого-нибудь другого. О несоответствии “преступлений” и “наказаний” — не только в данном случае, но и вообще в жизни. О Саше с ее “случайным” замужеством и “неслучайными” клятвами. О том, что она для Санька — кислород, а он для нее… кто, собственно? О “пользе” травы и вреде алкоголя. О городах, столичных и провинциальных. О дороговизне духОв и дешевизне лопат. О цветности и монохромности. О кислородном голодании и его причинах. О кислородном отравлении и его последствиях.

Но это уже не про фильм…

…который не впечатлил, но зацепил; не удивил, но попытался; не понравился, но и не оттолкнул; не ответил, но и не стремился; не рассказал ничего нового — зато дал возможность кое-что вспомнить.

“И если спросят меня: о чем ты тут так долго говорил, и что хотел сказать? Я отвечу: не знаю, потому что…”

Share

Categories

Ads I

Think About It

“If you don't know where you're going, any road will bring you there.”

Ads II

Puns & Slips

“Я смотpю, муж-то вас не бьет совсем...”